Background l Background r
Logo

Почему Александр Игнатов не стал нападающим

   – Для тебя самого эта цифра насколько важна?
  – Плюс минус важен, но это всего лишь статистика. Да, он стимулирует, как показатель, но нужно сосредоточиться на самой игре. Ты должен приносить пользу команде, а не думать, какая цифра стоит в графе «показатель полезности», – говорит Александр. – Так называемую «черновую» работу проделывают многие ребята, но все зависит от того, в какой момент они оказываются на площадке. Так что этот показатель для меня имеет второстепенное значение. Нам ведь в первую очередь нужен командный результат.

   – Немногие, думаю, знают о том, как делал свои первые шаги в хоккее защитник Александр Игнатов. По всей вероятности, были и пресловутые табуретки, с которых начинает большинство?
   – Может, и были, – улыбается хоккеист. – Я помню только, что свои самые первые шаги я сделал на катке. У нас набережная рядом с домом, там-то и заливали каток, ледяную горку. Мне тогда исполнилось года четыре. Меня на этот каток папа водил, а уже чуть позже я пришел в пензенскую детско-юношескую хоккейную школу. Мы, мальчишки, как горох из мешка, высыпались на ледовую площадку. Нам бросали шайбы, и мы с удовольствием гоняли их по льду. А лет с шестнадцати меня стали привлекать в первую команду.

   – За матчами последней домашней серии своей команды тебе приходилось наблюдать с трибуны. Насколько это трудно?
  – Игры всегда сложно смотреть, особенно если ты толком не знаешь, когда сам выйдешь вновь на лед. Для меня было морально тяжело оказаться в рядах, так скажем, болельщиков: в таких случаях ты сильнее переживаешь за команду и при этом понимаешь, что особо ничем не можешь помочь. А если учесть еще и тот факт, что с возрастом желание выйти на лед нисколько не пропадает, а становится еще острее, то еще хуже себя чувствуешь. Ты наблюдаешь за игрой и пытаешься побороть в себе желание взять в руки клюшку и выйти на площадку, особенно, когда там кипят страсти. Все это очень эмоционально переживается. Но при этом ты пытаешься анализировать игру, чтобы потом каких-то определенных ошибок не допустить самому.

    – Когда команда выигрывает, то, понятно, какие слова находишь для ребят. А если проигрывает?
   – Особых слов тут не найти. Просто пытаешься поддержать ребят, может быть, кого-то в отдельности. Ведь все и без того понимают, что это поражение. Но никогда не стоит из него делать катастрофу. Да, у нас в этом сезоне не все удачно складывается… Только, как говорится, именно на ошибках люди учатся. И в такие сезоны многому учишься сам, многое приобретаешь. В этом сезоне нам чего-то не хватило, хотя играть мы стали лучше, только вот результата все нет.

    – Ну, а чего, на твой взгляд, не хватило?
   – Наверное, где-то – чуть-чуть везения. Но всегда на него полагаться тоже нельзя, поскольку оно подводит. Значит, дело все-таки в нас самих. Немножко выбивали из колеи поражения, когда мы проигрывали на последних секундах. Их было достаточно много, и они наложили свой отпечаток: ты вроде пытаешься собраться, сконцентрироваться, но все равно закрадывается вот этот червячок, который иногда тебя гложет – и вновь что-то не получается в игре. Сейчас ситуация изменилась, но, наверное, немного поздновато. Одно могу только сказать: поверьте, проигрывать никто никогда не хотел, команда на сезон шла с хорошими задачами и боевым настроем.

   – Из всех проведенных матчей за «ЮУ» какой более всего запомнился, отложился где-то на подкорочке?
  – Слишком много матчей в сезоне, чтобы выделять какой-то конкретный. Атмосфера в Орске на хоккее особая, потому все поединки получались интересными. Я даже не скажу, что лично для меня есть какие-то принципиальные соперники. Я уже давно считаю, что не стоит делить матчи на важные и не очень. Просто нужно выходить на лед и настраиваться на максимум.

   – А как быть с тем, что «Южный Урал» проигрывает более слабому сопернику, но рвет и мечет в поединке с сильнейшим? Как, например, с усть-каменогорским «Торпедо»?
  – Тут дело больше в психологии, видимо. Где-то на подкорке откладывается, что, если команда чуть ниже идет в турнирной таблице – значит, она послабее. Но последние два-три года чемпионат ВХЛ настолько равный, что явных аутсайдеров и явных лидеров, которые могли бы идти с отрывом в тридцать очков, нет. Значит, проигрывает тот, кто больше ошибается. А одерживает победу тот, кто меньше допустит ошибок и нарушения соперника использует с умом.

   – На первый взгляд наставник «ЮУ» Евгений Зиновьев покладистый, не эмоциональный человек. Бывает, что и он ругается?
   – Не без того, ведь терпения не у каждого хватает: игроки нервничают и тренеры тоже. Эмоции сдерживать не всегда удается, равно как и держать себя в руках. Иногда ругается Евгений Александрович, иногда хвалит.

    – Пока у тебя был перерыв, связанный с травмой, чем время «убивал»?
   – Свободное от восстановительных процедур время занимал чтением. Когда попадается интересная книга, то почему бы ее не прочесть? Сейчас я больше склоняюсь к зарубежной прозе. Пробовал читать зарубежную классику – не пошло. Ни «Фауст» Гёте, ни «Божественная комедия Данте Алигьери меня не вдохновили.

   – Какому автору отдаешь предпочтение?
  – Сейчас меня зацепил «Источник» американской писательницы и нашей соотечественницы Айн Рэнд. Чуть раньше – Шантарам и «Тень Горы», писатель Грегори Девид Робертс и «Мотылёк», писатель Анри Шарьер. Обычно я стараюсь что-то почерпнуть для себя из понравившегося произведения. Остальное держать в памяти накладно. Я останавливаюсь на определенных фразах, которые помогают мне в какой-то степени анализировать поведение окружающих меня людей, к примеру, которые отображают их суть. Иногда с помощью таких фраз я нахожу объяснение некоторым людским поступкам.

   – В твоем инстаграмме есть любопытная фраза: «Он никому не позволит достичь того, чего сам достичь не сможет». Что она означает для тебя?
   – О, нет! Может, не будем о ней? – смеется Александр. – Она не лично ко мне относится. Я ее просто отметил, но при этом мне кажется, каждый найдет в ней что-то для себя. По крайней мере, я на это надеюсь.